Посмотрите наши объекты без комиссии →
Задайте свой вопрос

Евгений Сосницкий: «За Прохоровым, к сожалению, нет никакой силы»

«Городской репортёр»: Михаил Прохоров на встрече с избирателями обещал пожертвовать свой бизнес на развитие социальных проектов, так как у президента не должно быть собственного бизнеса. Как Вы относитесь к этому заявлению?

Евгений Сосницкий: С моей точки зрения это не нормально, но я думаю, что он это обещает не как бизнесмен, а как кандидат в президенты. А политик и бизнесмен — это «две большие разницы». С точки зрения бизнеса, основная задача которого зарабатывать, — это не нормально. Хотя в современном мире нет чёткого понимания того, что нормально, а что не совсем нормально. Не так давно был опубликован ТОП-10 самых успешных бизнесменов, которые собираются лишить своих детей наследства, отдав своё состояние на благотворительные нужды, в списке, в том числе, и Блумберг, Уоррен Баффет и Билл Гейтс. Сегодня богатые люди ещё при жизни тратят очень большие деньги на благотворительные цели, а потом оставляют свой капитал в распоряжение благотворительных фондов. Возможно, Прохоров в этом современном тренде, но не с точки зрения бизнесмена моего уровня. Поэтому давать оценки сложно, но то, что он пообещал это как политик, а не как бизнесмен — для меня понятно. Не будь он кандидатом в президенты — вряд ли бы он это сказал.

— Многие считают, что богатые люди обязаны делиться…

— Нет, я так не считаю. Человек заработал деньги — это его личное пальто, машина, квартира, и он волен распоряжаться ими так, как он хочет. Он может промотать все эти деньги в казино, и его никто не вправе осудить, либо отдать их на благотворительность. Это его личное дело, как распорядиться этими деньгами. Мы можем только говорить о том, нравственно или безнравственно, с нашей точки зрения, он поступает. Но указывать ему, как тратить его деньги, никто не имеет права. И не стоит здесь говорить о «социальной ответственности бизнеса». Это миф.

Например, моя социальная ответственность, как предпринимателя, заключается в том, чтобы развивать свой бизнес и платить налоги государству, в том, чтобы организовывать новые рабочие места, создавать более комфортные условия работы, чтобы людям нравилось работать в моей компании и чтобы их доходы росли. Всё остальное — это моя добрая воля.

Поэтому говорить Прохорову, что ему делать с его 18 миллиардами — не может ни государство, ни мама, ни будущая жена. У нас ведь в стране частная собственность неприкосновенна, я надеюсь.

— Вы верите Прохорову?

Прохорову верю. От вас с нами он отличается лишь тем, что у него на 18 миллиардов долларов больше, во всём остальном ему живётся, возможно, даже сложнее, чем нам. Представьте, как он вынужден пресмыкаться, чтобы защитить или приумножить эти 18 миллиардов. Ведь одно дело, когда ты «молчишь в тряпочку» и за тобой практически ничего нет, и другое дело, когда вынужден молчать Прохоров, зная, что за ним люди, машины, заводы-пароходы и миллиарды долларов. И в какой-нибудь другой стране мира он бы диктовал правительству как себя вести вместе с другими, такими же успешными, как и он. И в принципе, я верю ему, потому что он демонстрирует нормальные человеческие чувства. Согласитесь, никому не нравится коррупция, и Прохорову в том числе. Его сестра в беседе с Михалковым ответила на аналогичный вопрос примерно следующим образом: «на каком основании вы верите учителю, который говорит что ему надоело всё происходящее в стране и он хочет что-то изменить, бросает школу и идёт баллотироваться в депутаты? Или сталевару, которому тоже надоело, и он не хочет плавить сталь и идёт в Думу, а хозяину завода не верите?»

Вот вы видите его на сцене — это ж человек, это не миллиарды долларов стоят, и ему также не всё равно и, может, в некотором роде, ему обиднее…

— Говорят: «свита делает короля».У Прохорова на данный момент нет команды как таковой, нет поддерживающей силы, партии.

— Абсолютно точно. Я считаю, что за ним, к сожалению, нет никакой силы. И это один из основных недостатков. Ни армия, ни силовые структуры, не чиновничество, ни другие иные силы, на которые как правило опирается политик — они его не поддерживают. Эти структуры были сформированы, ещё начиная с эпохи Ельцина и, соответственно, они абсолютно не ориентированы на такого руководителя. Более того, его программа направлена прямо против этих сил — направлена на то, чтобы подорвать их власть и создать гражданское общество. Поэтому я уверен, что у него нет широкой социальной опоры.

Прохоров опирается лишь на народ, который имеет свойство болезненно воспринимать перемены и быстро разочаровываться. Результат — мы получим ту же Латинскую Америку, где каждые несколько лет сменяются диктаторы, сначала поддержанные народом, а затем им же и свергнутые. На самом деле, страна оказалась бы лицом к лицу с большой проблемой, если бы Прохоров стал президентом.

По некоторым прогнозам, Путин продержится у власти ещё года два — три, а если проанализировать ситуацию в контексте Прохорова, то он продержится ещё меньше, именно из-за отсутствия опоры. Но, к сожалению, эти выборы он и не выиграет.

— Бытует мнение, что Путин удерживает власть первый и второй президентский срок после этих выборов, затем находит себе приемника и эпоха застоя или стабильности, — как бы мы её не называли, — продержится ещё не одно десятилетие.

— Меня совершенно не интересует политика. На встречу с Прохоровым я пошёл, чтобы посмотреть на человека, который успешен, заработал миллиарды долларов, и может позволить себе делать то, что хочет. Политик Прохоров меня интересует очень мало, меня он интересует как человек. И так же гадать, что будет, когда Путин победит — и без всяких подтасовок, надо сказать, объективно — мне абсолютно не хочется. В этой ситуации мне интересно, как ведут себя люди.

— Как вы полагаете, что в действительности произошло между Прохоровым и «Правым делом»?

— Не могу сказать, но Прохоров поступил как настоящий бизнесмен и не сдался. Зафиксировал убытки, оценил риски, сделал определённые выводы и пошёл дальше. Мне понравилось, как он вышел из этой ситуации.

— Скандал в Куршевеле, незаконные методы захвата бизнеса в 90е — какое это имеет отношение к работе и этической стороне, как политика, так и бизнесмена Прохорова?

— Скажите, вам нравится как поет Элтон Джон? И вас не смущает, что он гей, грубо говоря? Вот и мне абсолютно всё равно, сколько девушек было с Прохоровым в Куршевеле. Это не имеет никакого отношения к тому, насколько он успешен в бизнесе и в политике. Так же, как меня не интересует, есть ли у Путина с Кабаевой совместный ребёнок.

Я не ханжа и прекрасно понимаю, что даже женатые мужчины позволяют себе многое. Прохоров с этой точки зрения абсолютно честен: у него нет жены, он никому не изменял и ни от кого не прятался. Это никак не сказывается на его моральном облике. Просто он делает это в Куршевеле и открыто — так кто честнее?

Ну, а политик и этика, по моему мнению, вообще вещи несовместимые. Поэтому, чем более успешным будет становиться Прохоров в политике, тем менее интересным он будет становиться мне как человек. Потому что вместо здравого смысла у него начнёт формироваться политическая целесообразность. Он будет думать не о том, что правильно или выгодно, а о влиянии своих поступков на свой рейтинг и дальнейшую политическую карьеру. Политиками правит политическая целесообразность, чиновниками — необходимость удержаться в своём кресле. Это не имеет ничего общего с этикой и моральными принципами, это — игра на публику.

Сейчас Прохоров нормальный человек, но как только он войдёт в струю — категории нравственности и морали станут к нему неприменимы, как и к любому другому политику мира.

— Политика — игра на публику. Зюганов — старый коммунист, Жириновский — шут, Миронов — искусственно созданная оппозиция. Не кажется ли вам, что Прохоров — некий «громоотвод» для «несогласных»?

— Я не могу вам на этот вопрос ответить, как и не могут ответить все 150 миллионов людей в нашей стране. Кроме двух человек — Путина и Прохорова. Я считаю, что ни Жириновский, ни Миронов, ни Зюганов Кремлю не опасны, и Прохоров в том числе. Именно поэтому его зарегистрировали как кандидата, именно поэтому он проводит эти встречи и говорит о Путине. Именно поэтому он говорит: «не я — проект Кремля, а Кремль — мой проект».

Если бы он был действительно опасен, то его бы не допустили до выборов, как это было с «Правым делом», как это было с Явлинским.

Так что, возможно, рассматривая его заявку, были мысли о том, что разъярённый городской люд за него проголосует, а сам Прохоров перетянет голоса у других кандидатов.

— Если Кремль не боится Прохорова, если он не опасен, почему срывают плакаты и разгоняют митинги?

— Кремлю-то не страшно… Это на местах, губернаторами тех областей, в которых сорвали плакаты, руководит принцип политической целесообразности: «Как бы чего не вышло. Лучше я прогнусь в сторону ту, чем в сторону эту." И раз железно побеждает Путин, то, возможно, потом, кто-то наверху им плюсик поставит, ведь губернаторов тоже будут избирать.

КРИСТИНА КРЫЖАНОВСКАЯ

http://cityreporter.ru/content/evgenii-sosnitskii-%C2%ABza-prokhorovym-k-sozhaleniyu-net-nikakoi-sily%C2%BB

Печать страницы